- Мама, здесь так красиво, что я, наверно, стану художником!
Дорафаэлева Мадонна сидела в кафе на вокзале, и ждала когда откроется метро.
"Как изменились люди!" - воскликнула она не отрывая взгляд от фиолетовой коровы на холодильнике.
"Чего?" - спросил стандарт буфетчицы на все времена. "Бумажные десятки не принимаю! Изношенные какие, где ты их взяла? Таких на сдачу уже не дают!"
"Значит, я их несла вам слишком много лет".
Сидя над своей чашкой кофе, Мадонна рассматривала в дверь кафешки, как к открытию метро подтягивался народ иудейский.
В динамиках пел Бутусов про апостола Андрея.
На секунду заглянул Понтий Пилат в поношенной джинсе, но в ответ на грозный взгляд буфетчицы стушевался и не стал переступать порога, ушел продавать билетики метро, для тех кто хотел по-быстрее.
Буфетчица проходя мимо, намерено задвинула своим толстым животом стул на котором сидела Мадонна и приглушила музыку.
Мадонна все поняла и вышла, хотя, куда идти не знала: в соборе в том месте, где раньше была её крипта недавно расположился Макдональдс, жаждущих подходящих к алтарю помочиться никто не прогонял.
"Единный билетик Т10" - к горе Моисея